Жан де Лафонтен  

Две Крысы, Яйцо и Лиса (Les deux Rats, le Renard et l'Oeuf). Страница 2

1-2

Две Крысы, Яйцо и Лиса (де Вимар)
"Две Крысы, Яйцо и Лиса".
Художник де Вимар.
Тур. 1897 г.

Две Крысы, Яйцо и Лиса (Гранвиль)
"Две Крысы, Яйцо и Лиса".
Художник Гранвиль.
Тур. 1897 г.

Две Крысы, Яйцо и Лиса (Г. Доре)
"Две Крысы, Яйцо и Лиса".
Художник Г. Доре.
XIX в.

Две Крысы, Яйцо и Лиса
"Две Крысы, Яйцо и Лиса".
Художник Е. Ламберт.
Париж. 1914 г.

Две Крысы, Яйцо и Лиса (Ж. Давид)
"Две Крысы, Яйцо и Лиса".
Художник Ж. Давид.
Париж. XIX в.

Две Крысы, Яйцо и Лиса (К. Жирарде)
"Две Крысы, Яйцо и Лиса".
Художник К. Жирарде.
Тур. XIX в.

Король рассказывал, что на его границе
Из рода в род ведут войну зверьки,
Которые зовутся байбаки;
Они сродни приходятся лисице.
И столь искусная война
Едва ли меж людьми бывала ведена:
Разведчики, летучие отряды,
Шпионы, вылазки, засады,
Все ухищренья, без числа,
Науки, Стиксом порожденной,
Которая героям жизнь дала.
Дабы почтить хвалою заслужённой
Их подвиги, пусть Ахерон
Нам возвратит великого Гомера;
Пусть также и Декарт нам будет возвращен.
По поводу столь дивного примера,
Хочу я знать: что возразил бы он?
Пусть говорят: животных организмы
Лишь сложные природы механизмы,
Телесной памятью одной одарены.
И побуждения другого им не надо
Для действий, вроде тех, что мной приведены.
Им служит память местом склада:
Ища предмет знакомый в нем,
Они идут знакомым им путем,
И повторяется все в том же направленье
Такое ж самое явленье:
Но мысли в них руководящей нет.
Мы действуем не так. Инстинкт или предмет
Не служит точкой нам исходной,
Мы побуждаемы лишь волею свободной,
Начало высшее во мне заключено
И существо мое ему подчинено;
Начало это, будучи духовным,
Отделено от тела, и оно
Является у нас властителем верховным
Всех действий. Но какая связь
Незримая, меж них установясь,
Его соединяет с телом,
Кто властен разрешить в определеньи смелом?
Владеет хорошо орудием рука,
Но в свой черед кому была она послушной?
И чьим велением несутся облака
И движутся миры стезею их воздушной?
Небесный дух, быть может, их ведет.
Такой же дух и в нас живет,
Пружины тайные приводит он в движенье.
Пути невидимы, мы видим лишь явленье;
Возможно их постичь — на лоне Божества.
И если правду всю сказать нелицемерно,
То сам Декарт, учения глава,
Знал то же, что и мы. Одно я знаю верно:
Дух этот чужд разумнейшим зверям,
Лишь в человеке он себе возводит храм.
И все ж растения, хотя оно и дышит,
Неизмеримо выше зверь.
Что скажет тот, кто мой рассказ услышит,
Который здесь я приведу теперь?

Две Крысы, бедствуя, искали пропитанья.
Они нашли Яйцо, и радость велика
Была у них: не целого ж быка
Двум крысам надобно! Но против ожиданья
У них Лиса явилась на пути.
Как от нее Яйцо спасти?
В передних лапах унести
Его вдвоем? Насколько можно
Катить или тащить до места осторожно?
Все это значило б на риск большой идти.
Необходимостью исхода
Был создан план такого рода:
Пока Лиса могла бы их настичь,
С добычею укрыться бы умели
Они в норе своей. И вот для этой цели
Одна из крыс легла навзничь
И лапами яичко обхватила,
Другая ж, несмотря на кой-какой толчок
(По счастью, путь был недалек),
Домой за хвост подругу дотащила.
Ведь после этого — лишь только наобум
Возможно отрицать и у животных ум.

По мненью моему, рассудком звери эти
Одарены настолько же, как дети;
А дети мыслят все уже на утре дней.
И в силу этой же причины
Я нечто выше и сложней
Признал бы у зверей, чем тайные пружины.
Уму их далеко до разума людей,
Но в них материя, являясь утонченной,
Мне кажется из света извлеченной:
Она — живей и подвижней огня;
Огонь возник, от дерева рождаясь,
И в свой черед, гореньем очищаясь, —
Прообразом души он служит для меня.
Я дал бы всем животным, несомненно,
Способность чувствовать, судить несовершенно
(Никак не более), и умничать совсем
Я воспретил бы обезьянам всем.
Что до людей — все были б мною
Наделены они душой двойною:
И душу первую я дал бы мудрецам,
Животным, детям и глупцам,
Всем без различия живущим в этом мире;
Вторая — более возвышенно чиста,
С душою ангелов носилась бы в эфире:
Им родственной душа была бы та
И на свое начало не взирая.
Бессмертие стяжала бы она.
Но дщерь Небес — душа вторая,
В года младенчества пуглива и нежна,
Мерцающим лучом была б во мраке этом,
И разум вспыхнул бы с годами ярким светом,
Пока бы наконец не удалось ему
Материи рассеять тьму,
Которая по век и с силой неизменной
Царила бы в другой душе, несовершенной.

Перевод О.М. Чуминой.


Басня направлена против учения Р. Декарта об автоматичности животных. Предполагали, что она написана по просьбе госпожи де ла Саблиер. Источник самого рассказа о двух крысах и яйце неизвестен. В середине стихотворения Ж. де Лафонтен говорит о польском короле Яне Собеском, победителе турок, которого он встречал в салоне госпожи де ла Саблиер, когда тот был в Париже.

1-2


Лисица и Бюст (Удри)

Дуб и Трость (Ж. Удри)

Бесхвостая Лисица (Гранвиль)