Жан де Лафонтен  
колизеум грес
бонусы за регистрацию в крупных фирмах
Главная > Произведения > Басни > Крестьянин с Дуная

Крестьянин с Дуная (Le Paysan du Danube)

Крестьянин с Дуная (Г. Доре)
"Крестьянин с Дуная".
Художник Г. Доре.
XIX в.

Крестьянин с Дуная (де Вимар)
"Крестьянин с Дуная".
Художник де Вимар.
Тур. 1897 г.

Крестьянин с Дуная (Гранвиль)
"Крестьянин с Дуная".
Художник Гранвиль.
Тур. 1897 г.

Крестьянин с Дуная (Ж. Давид)
"Крестьянин с Дуная".
Художник Ж. Давид.
Париж. XIX в.

Крестьянин с Дуная (де Вимар)
"Крестьянин с Дуная".
Художник де Вимар.
Тур. 1897 г.

Нельзя людей по внешности судить —
Совет хороший, хоть не новый;
Пример Мышонка может послужить
Теперь моим речам основой.
Для подтверждения того ж могу я взять
Сократа-добряка, Эзопа и с Дуная
Простого Мужика. Тех двух должны вы знать.
А третьего, изображая,
Аврелий Марк так описал:
С густою бородой, с густыми волосами,
Медведя он напоминал;
С глазами вкось под хмурыми бровями,
С отвислыми и толстыми губами,
Одет он в козью шкуру был,
Имел суровый вид и дикий,
Но у себя на родине он слыл
За умницу. И в Рим великий
С Дуная послан был в сенат
От городов как депутат.
В то время не было на свете уголка,
Куда бы жадный Рим не выслал легионы
И где б его железная рука
Не диктовала бы законы.
И вот что произнес, от гнева весь пылая,
В сенате депутат с Дуная.
«Сенат и римляне! Взываю я к богам:
Пусть мне пошлют они свое благословенье,
Пусть в сердце вложат вдохновенье,
И силу придадут моим словам.
Бессмертные, они судьбами правят
И — горе тем, кого они оставят!
Мы за свои грехи подверглися напасти
И стонем все под игом римской власти.
Не доблестям обязан гордый Рим
Своим величием и славой:
Победный меч его кровавый
Бессмертными руководим;
То боги, за грехи карая, шлют нам беды,
Даруя римлянам победы.
Не бойтесь, римляне, победы час пробьет!
Смягчим сердца богов мы стоном и слезами,
И Небо сжалится над нами:
На нашу сторону победа перейдет.
Ужасен будет гнев богов,
И станут римляне рабами у рабов.
Чем лучше вы других, чтоб властвовать над нами?
Что право вам дает, чтоб миром управлять,
Чтоб ужасом войны все земли наполнять,
Свободных делая рабами?..
Мы жили в тишине, тревог и бед не зная;
В трудах спокойно жизнь текла,
Как волны светлые Дуная.
Но ваша жадность нас нашла!
Чему, когда вы покорили
Германцев, их вы научили?
Они храбры, ловки, сильны.
Ах, если бы у них была и жадность ваша,
Они бы всем владеть должны,
Была иной бы участь наша!..
В них нет жестокости, с которой власть свою
Над нами претор проявляет;
Нет жадности, с какой страну
Он грабежами истощает.
О, Рим! Вся роскошь ваших алтарей
Богам бессмертным оскорбленье.
Кругом лишь ужасы, мученья,
Проклятья, стоны, звон цепей.
В сердцах у римлян нет пощады!
И от богов не будет им награды!
Сенат и римляне! Я вас пришел молить:
Возьмите прочь от нас людей, что вы прислали!
Их жадность мы не можем утолить,
Что можно взять, они от нас все взяли,
И больше требуют. Мы все истомлены,
Бросаем города, в горах спасенья ищем;
Как дикие живем, без крова и без пищи;
Дрожим за жизнь свою, за честь своей жены.
Возьмите их от нас! В минуту нетерпенья
Над ними грянет гром отмщенья...
Пороки и разврат они несут с собой,
Ленивы, скупы и лукавы.
Что будет с бедною моей страной,
Когда привьются в ней их нравы?!.
Придя к вам в Рим, я только увидал,
Как жадности и лжи у вас здесь много:
Коль мало ты судье здесь приношенье дал,
Так к правде для тебя потеряна дорога.
Сенат и римляне! Я знаю, речь моя
Вам не покажется по нраву...
Я кончил. И готов к тяжелой смерти я:
Ее я заслужил по праву!»
И он склонился ниц, готовый смерть принять.
Но в изумленье все средь резких слов правдивых,
И отклик он нашел от судей справедливых:
Его велят поднять,
В награду делают патрицием, сменяют
Негодных преторов и в посрамленье им,
Речь записать постановляют,
Как образец ораторам другим.
Но речь лишь образцом осталась:
В сенате более такой не раздавалось.

Перевод А. Зарина.


Сюжет басни заимствован из сочинения испанского поэта Гвевары, появившегося во французском переводе в 1575 году: тот же сюжет в сочинении французского писателя Франсуа Кассандра «Историческая параллель». В сочинениях императора Марка Аврелия нет ничего о крестьянине с берегов Дуная, Ж. де Лафонтен принял за правду вымысел Гвевары.

История, поведанная Лафонтеном, потрясает сюжетом, словами, которые автор вложил в уста главного героя.

«Нельзя людей по внешности судить», - начинает Лафонтен. И, действительно, перед нами предстает колоритная личность «с густою бородой, с густыми волосами..., с глазами вкось под хмурыми бровями, с отвислыми и толстыми губами». Человек, напоминающий медведя, одетый в козью шкуру, имеющий дикий суровый вид, на родине своей «он слыл за умницу и в Рим великий с Дуная послан был в Сенат от городов как депутат». Перед нами предсказуемый сюжет, как неотесанный мужлан попал в высший свет Римской империи, но… События развиваются не по ожидаемому сценарию. С удивлением, постепенно переходящим в искреннее восхищение, читателю представляется потрясающая картина. На глазах дремучий медведь становится Человеком, красноречивым оратором, пламенным обличителем, героем, беззаветно преданным родине, своему народу, настоящим мужчиной, который, приблизившись к опасной черте, презирает смерть.

«И вот что произнес, от гнева весь пылая, в сенате депутат с Дуная». Крестьянин обращается к богам за благословением, оно придаст вдохновение. Он с горечью рассказывает, как стонет его народ под игом римской власти. Но тут же гневно обращается к обидчикам: «Победы час пробьет…Ужасен будет гнев богов, и станут римляне рабами у рабов. Чем лучше вы других?» Он с трепетом говорит о своем народе, чья жизнь в трудах спокойно протекала, но «ваша жадность нас нашла». «Кругом лишь ужасы, мученья, проклятья, стоны, звон цепей». Депутат с Дуная пришел просить Сенат и римлян: «Возьмите прочь от нас людей, что вы прислали. Их жадность мы не можем утолить», «пороки и разврат они несут с собой, ленивы, скупы и лукавы… Что будет с бедною моей страной, когда привьются в ней их нравы?»

Крестьянин обличает: «Придя к вам в Рим, я только увидал, как жадности и лжи у вас здесь много… без приношения судье, дорогу к правде не найти».

Последние слова он произносит громко и с достоинством: «Я кончил. И готов к тяжелой смерти я: ее я заслужил по праву». Он послушно склонил голову, готовый к страшному концу.

Его слова привели присутствующих в полное оцепенение. Все потрясены до глубины души. Крестьянина «велят поднять, в награду делают патрицием». «Речь записать постановляют как образец ораторства другим».

Лафонтен лукаво подмечает: «В сенате более такой не раздавалось».


Иллюстрация к басне Лягушка и Вол

Иллюстрация к басне Лягушка и Вол

Мельник, его Сын и Осел (Г. Доре)