Жан де Лафонтен  
Главная > Статьи > Пушкин и Лафонтен > Пушкин и Лафонтен

Пушкин и Лафонтен

1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16

В этих стихах соблюден сентиментальный канон Карамзина:

Ламберта, Томсона читая,
С рисунком подлинник сличая,
Я мир сей лучшим нахожу:
Тень рощи для меня свежее,
Журчанье ручейка нежнее,
На всё с веселием гляжу...

Упоминание Горация и Лафонтена не столько свидетельствует о действительных воспоминаниях Пушкина про свои чтения в Захарове, сколько о том, что произведения этих поэтов гармонировали с картиной сельского уединения. А это дает нам прямое указание, какие именно произведения Горация и Лафонтена разумеет Пушкин.

Ясно, что из Горация здесь берется именно VI сатира II книги, с ее стихами:

Hoc erat in votis: modus agri non ita magnus,
Hortus ubi et tecto vicinus jugis aquae fons
Et paullum silvae super his foret: auctius atque
Di melius fecere...
Ergo ubi me in montes et in arcem ex urbi removi,
Quid prius illustrem satiris musaque pedestri?...
O rus, quando ego te adspiciam! quandoque licebit
Nunc veterum libris, nunc somno et inertibus horis
Ducere sollicitae jucunda oblivia vitae!1

Напомню, что из этих именно стихов взят позже (в 1823 г.) Пушкиным эпиграф ко второй главе "Евгения Онегина" "O rus!" с каламбурным сопоставлением: "О Русь". С другой стороны, эта сатира уже сопоставлялась Жуковским с баснями Лафонтена.

Что касается самого Лафонтена, то здесь всего естественнее вспоминать его басню "Le Songe d'un habitant de Mogol", где читаем:

Solitude, o? je trouve une douceur secr?te,
Lieux que j'aimai toujours, ne pourrai-je jamais,
Loin du monde et du bruit, gouter l'hombre et le frais?
Oh! qui m'arretera sous vos sombres asiles?
Quand pourront les neuf soeurs, loin des cours et des villes,
M'occuper tout entier...
Du moins que les ruisseaux m'offrent de doux objets!
Que je peigne en mes vers quelque rive fleurie!
La Parque ? filets d'or n'ourdira point ma vie,
Je ne dormirai point sous de riches lambris:
Mais voit-on que le somme en perde de son prix?


Вот вольный перевод Жуковского 1806 г. "Сон Могольца":


Где ж счастье, как не здесь, на лоне тишины,
С забвением сует, с беспечностью свободы.
О, блага чистые, о, сладкий дар природы!
Где вы, мои поля? Где ты, любовь весны?
Страна, где я расцвел в тени уединенья,
Где сладость тайная во грудь мою лилась,
О, рощи, о, друзья, когда увижу вас?
Когда, покинув свет, опять без принужденья
Вкушать мне вашу сень, ваш сумрак и покой?
О, кто мне возвратит родимые долины?
Когда, когда и Феб и дщери Мнемозины
Придут под тихий кров беседовать со мной? ...
Пусть буду напоен лесов очарованьем;
Пускай пленяюся источников журчаньем;
Пусть буду воспевать их блеск и тихий ток!
Нить (парки) для меня совьется не из злата;
Мой низок будет кров, постеля не богата:
Но меньше ль бедных сон и сладок и глубок?
И меньше ль он души невинной услажденье.
Сравни перевод Батюшкова (1808 г.):
Уединение, источник благ и счастья,
Места любимые, ужели никогда
Не скроюсь в вашу сень от бури и ненастья?
Блаженству моему настанет ли чреда?
Ах, кто остановит меня под мрачной тенью,
Когда перенесусь в священные леса?
О, музы, сельских дней утеха и краса...
Пускай пленит меня источников журчанье,
И я любовь и мир пустынный воспою!
Пусть Парка не прядет из злата жизнь мою;
И я не буду спать под бархатным наметом:
Ужели через то я потеряю сон,
И меньше ль во трудах мне будет сладок он?

В тон этим литературным источникам Пушкин писал в этом послании:

" ... К чему певцам
"Алмазы, яхонты, топазы....
"Не лучше ли в деревне дальной
"Или в смиренном городке,
"Вдали столиц, забот и грома
"Укрыться в мирном уголке,
"С которым роскошь незнакома,
"Где можно в праздник отдохнуть?"
О если бы когда-нибудь
Сбылись поэта сновиденья!
Ужель отрад уединенья
Ему вкусить не суждено?

Характерно, что здесь Пушкиным использованы не специфически басенные, а элегические мотивы поэзии Лафонтена.

Усвоения басенных приемов Лафонтена в творчестве Пушкина мы не находим. Басня Лафонтена как определенная поэтическая система скользнула по нему почти бесследно. Зато сказалось влияние интимной элегии, темы сельского уединения в поместье, — все эти литературные увлечения, характерные для поэзии начала XIX в., перешедшей от торжественного тона од середины XVIII в. к новым настроениям.

II

Тем не менее отдельные мотивы лафонтеновских басен мы всё же встретим у Пушкина в лицейскую пору. В стихотворении "Твой и Мой" 1816 г. Пушкин пишет:

Бог весть, за что философы, пииты
На твой и мой давным давно сердиты.

Действительно — нападки на "Твой и Мой" являются во французской поэзии общим местом. Так, еще Maturin de Regnier в VI сатире писал:

Lors du mien et du tien nasquirent les procez,
A qui l'argent depart bon ou mauvais succez,
Le fort battit le faible et lui livra la guerre...
У Лафонтена мы имеем эту формулу дважды; в басне "La Discorde" он пишет (1668):
Elle et Que-si-que-non son fr?re
Avecque Tien-et-mien son p?re...

В сказке "Le Roi Dandaule et le ma?tre en droit" (1675) про юриста говорится:

... un ma?tre de cet art
Qui du Tien et du Mien tire son origine...

1 "Мои желания — клочек земли, где бы поместился садик; вблизи — ручей и рощица. Боги превзошли мои желания" — "В горах, в моем владении, вдали от города, чем я займусь, как не сатирами и моей музой". "О деревня, когда я увижу тебя, когда же, проводя часы те над старыми книгами, то во сне, то в бездействии, я забуду про беспокойствие моей жизни..."

1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16


Чванливый Лошак (Е. Ламберт)

Городская и полевая крысы (Е. Ламберт)

Городская и полевая Крысы (Ф. Лорио)