Жан де Лафонтен  

Сила Басен (Le Pouvoir des Fables). Страница 1

1-2-3

Сила Басен (Удри)
«Сила Басен».
Художник Ж.-Б. Удри.

Сила Басен (Гранвиль)
«Сила Басен».
Художник Гранвиль.
Тур. 1897 г.

Г-ну де Барильон

Посланника высокое призванье
Решится ль снизойти до басенок простых?
Могу ль я предложить для вашего вниманья
Мой легкокрылый стих?
Пусть он порою своевольно
Величественный вид дерзает принимать,
Вы дерзким ведь его не станете считать?
Я знаю: Кролика с Куницей разнимать
Не вам, и без меня вам трудных дел довольно.
Прочтете вы меня иль нет, но только вот
Прошу: устройте так политикой умелой,
Чтоб на плечи теперь нам не взвалили гнет
Европы целой.
Пускай на нас насядет враг
Из тысячи краев вселенной —
Все ничего; но вот что не понять никак:
К нам лезет Англия со злобой несомненной.
Еще ль Людовику не время отдыхать?
Какой же, наконец, Геракл не утомится
Бороться с гидрою такою? Ведь решиться
Под сильную его десницу подставлять
Ей новую главу — смешно...
Коль ум ваш властный

 

Басня обращена к другу Лафонтена, барону де Барильону, французскому послу в Англии.

Автор искренне взволнован политической ситуацией, сложившейся между Францией и Англией. Последнюю Лафонтен называет «несомненно злобной». Людовику не время отдыхать, хотя «какой же, наконец, Геракл не утомится бороться с гидрою такой?» Баснописец обращается к послу, надеясь, что его «красноречие и ловкость укротят сердца врагов и отвратят удар несчастный», который неминуемо ждет Францию.

Лафонтен предлагает вниманию читателей «рассказец стихотворный. Сюжет его – для вас».

И действие переносится в Афины. Там, в минуту опасности «к толпе пустой и вялой… оратор некий речь держал с трибуны мощью небывалой». Но все старания ритора напрасны, «его не слушали». Речь была такой пламенной, страстной и взволнованной, что «мертвых пробуждал в могилах», но «пустоголовый люд и не внимал нисколько, по сторонам зевали только». И вдруг внезапное оживление. Это в толпе случилась драка. Оратор тут же свой сюжет сменил. Он рассказал историю, как откуда-то спешила Церера, «с ней угрь и ласточка». Вдруг на пути у них река. Угорь бросился в воду, ласточка взмахнула крыльями и оба быстро перебрались на другой берег. Оратор замолчал. Народ встрепенулся: «Ну, а Церера – то? Что сделала она?» И ритор грустно отвечал, что Церера, разгневана толпой, ведь «сказками детей народ ее сейчас здесь забавляется», опасностью за край свой не тревожась. Упреком этим народ поражен и выслушана «речь в молчании глубоком».

Лафонтен заключает: «мир наш стар! Но все же побасенка нужна и для него».

1-2-3



Мельник, его Сын и Осел (Гранвиль)

Феб и Борей (Ж. Давид)

Мельник, его Сын и Осел (Ф. Шово)